Приветствую Вас, Гость | RSS | Объединение сайтов | Главная | История ММГ | Регистрация | Вход
Главная » Категории раздела » История ММГ

Участие ММГ- Мардиан в Ташкурганских операциях 1983-1985 год
Март 1983 г.

Очередная плановая операция с привлечением мотомангрупп ПВ, подразделений 40-й армии и афганских частей в городе и окрестностях Ташкургана. После блокирования основных выходов из города заслонами и переговоров со старейшинами (переговоры ничего не дали) проводилось последовательное прочесывание городских кварталов. Попытки отдельных групп мятежников покинуть город пресекались заслонами. В ходе операции мятежники понесли серьезные потери, но часть из них скрылась в жилых кварталах и схронах.

ММГ- Ташкурган, фото из альбома Плетнева Сергея ММГ-3 Мардиан


Сентябрь 1983 г.

Во второй половине сентября проводилась широкомасштабная операция по очистке г. Ташкургана и его окрестностей подразделениями 201-й Душанбинской дивизии, пятью пограничными мотомангруппами и частями 18-й афганской дивизии (руководители: старший военный советник полковник В. Гартман и представитель командования САПО полковник В. Смирнов). Операция проводилась блокированием районов вероятного сосредоточения мятежников, ведением поиска (прочесывания) в них и завершилась успешно.


фото с сайта ММГ-3 Мардиан

Из воспоминаний Паникаровского Андрея, в 1982-84 гг. сержант механик-водитель БМП-1 №772 1-ой ПЗ ММГ-2 «Шибирган»

ММГ-2 "Шора" вышла рано утром на Ташкурган, шли не по трассе, а в обход. Сошли с трассы на развилке Акча-Балх и пошли дорогой как в «прибрежку». Там нас ждала колонна транспортников под прикрытием трех танков СА. Колонна состояла из КрАЗов, которые тащили технику: экскаваторы, трактора... Мы должны были довести их до Мазари. Наверное, из-за этого мы обходили Балх, чтобы не было потерь гражданских. Двигались медленно как черепахи, то радиатор закипит, то КрАЗ сядет в песке по самый мост, то вообще движок ломается. Танкисты мотались, как шкурка на одном месте. В итоге берут на прицеп несколько машин и тащат. В общем к вечеру добрались до окраины Мазари - район старых доменных печей. Ночь прошла спокойно и утром двинулись на Ташкурган. При выходе на трассу в районе 201-й дивизии встретили колонну СА идущую из Ташкургана. Колонна состояла из КамАЗов, до 90 единиц. Колонна была сильно потрепана - без стекол, кабины разбиты все в дырах от пуль на одной даже не было крыши, сидит водила весь в крови, «бронники» на дверцах и рядом «200-й». Слов нет одни... Посчитав боевое сопровождение, волосы встали дыбом: 3-4-е БТР, 2-е «Шилки», 2-е БРДМ, 3-4-е спаренных крупнокалиберных пулемета, установленных на КамАЗах. Неудивительно что были большие потери и людей и транспорта. (Общаясь с ребятам они говорили о потерях колон по 30 машин сразу). Пропустив колонну, мы вышли на трассу и пошли на Ташкурган, параллельно с нами двигались БМП-2 СА.



фото той колонны  из альбома Плетнева Сергея ( ММГ-3 Мардиан)


Подойдя к Ташкургану, БМП 1-ой ПЗ 772-я ,773-я ,774-я, 775-я, 776-я ушли вправо, и подошли к "байской крепости". С крепости вышла БМП, она показывала дорогу (стоя лицом к крепости, мы ушли влево). По мере удаления от крепости, последняя машина становилась в заданой точке. Мы встали на блок между кишлаком и горами. За нами шел БТР 2-й ПЗ, он должен был пройти между двух сопок и встать на следующей сопке. Только он вошел в лощину, прогремел взрыв, колесо БТРа взлетело метров на 15 и перелетело сопку в сторону кишлака. Они сразу же вышли на связь и сообщили: «все нормально потерь личного состава нет». С правой стороны произошел взрыв мины ребят скинуло с брони, но благополучно. Через некоторое время пришел БТР разведки с запчастями. Так мы встали на блок, дальше за БТРом расположилось наше доблестное ДШМГ.

Потом началось. Пушкари обстреливали горы, сзади нас, вечером, уже начало темнеть, "Град" начал обрабатывать кишлак. Они стояли с противоположной стороны Ташкургана, когда дали первый залп в нашу сторону, Мищенко дал команду спрятаться за машину. Ощущение не из приятных, когда они летят в твою сторону, но красиво когда они ложились в кишлаке. После обработки началась проческа. БТР 2-й ПЗ был обстрелян духами, водитель смог вывести машину из-под обстрела. Во время этой заварушки погибла лучшая мино-розыскная собака ММГ. Описывать гибель собаки я не буду, те кто допустил гибель пса я думаю, когда-нибудь сами расскажут.

Нас сняли с блока и мы (1-я ПЗ) вошли в кишлак там, где ДШМГ начали проческу. Пройдя по кишлаку до заданной точки мы встретили БАТ и ИРМ... (точного названия не помню, ходовая танковая впереди лопата, в место башни «хрень», как рубка подводной лодки). Мы должны были резать кишлак, первая идет ИРМ своей лопатой валит все на своем пути, потом БАТ - своей лопатой, а потом идем мы, прикрывая БАТ и ИРМ (сзади идущие машины становятся на блок). Отрезая, таким образом, часть кишлака для зачистки. К концу дня ИРМ не выдержал, не дошел каких-то 300 метров до точки соединения с ДШМГ. Он поломался в самом хреновом месте, я не мог его обойти ни справа, ни слева. БАТ попробовал его оттянуть, но силенок не хватило, а надо было перекрыть коридор. С правой стороны был обрыв метров 4-5, а внизу был какой-то сад - деревья были крупные, старые. Обсудив с Мищенко положение, я решил прыгать на деревья, десантура слезла с брони, а майор нет. Ну… мы и прыгнули. БМП попала как раз на дерево, приземление было плавное. Потом поднялись на другую сторону этой ложбины. Протаранил пару дувалов, вышел на десантуру. Они как раз нашли танковый аккумулятор и отдали нам, за что им большое спасибо. Дальнейшая резка кишлака проходила нашими БМП. Постоянно на нас выходила наша ДШМГ. В кишлаке мы ночевали несколько дней, объелись гранатами и земляными орехами.

В конце концов, мы вышли на позиций СА и операция закончилась. Путь домой был тоже долгий. Пошли через Мазари, потом свернули вправо и по старому маршруту на Акчу, а там духи устроили сюрприз. Спустили воду с водохранилищ. Дали команду прощупать дно, смогут ли пройти машины. Пошел БТР разведки, БТР 2пз и я. Мы смогли проплыть, но вода подымалась. ММГ отошла назад на сухое место и встала на ночь, надеясь что уровень воды за ночь упадет. Мы тоже встали лагерем: БМП стояла на развилке дорог, БТРы через дорогу. Утром мне поставили задачу попробовать пройти по асфальту в сторону Балха. Пройдя немного машина потеряла сцепление с почвой и начала плыть, мы вернулись на развилку. Доложили 101-му и стали ждать дальнейших указаний. Поступил приказ идти на базу. ММГ пришла через 3-4 дня. Они делали обход долины.

Март-Апрель 1985 г.

В марте-апреле 1985 г. под руководством нового начальника войск САПО генерал-майора В.И. Шляхтина была проведена Ташкурганская операция по разгрому горных баз. В ней принимали участие 6 ММГ, 3 ДШМГ на 72 БМП и БТР, 28 вертолетов, 10 афганских батальонов 18-й и 20-й пехотных дивизий, 3 мотострелковых батальона, артполк и 12 вертолетов 201-й мотострелковой дивизии.

Замысел Ташкурганской операции состоял в том, чтобы с позиции гарнизона (ММГ-2 «Ташкурган») нанести огневой удар по базе противника, вертолетами подавить его боевые средства, высадить десант и совместно с подошедшими наземными силами завершить уничтожение группировки душманов, базу ликвидировать. Проведение операции намечалось в двух районах. Десантникам поставили задачу занять непосредственно горные базы вокруг Ташкургана, а пехоте - обеспечить прикрытие десантно-штурмовой группы снизу. С учетом тактики действий моджахедов (уход из-под ударов в период их блокирования) в этой операции блокирование и чистка осуществлялись одновременно с проведением крупномасштабных демонстрационных действий в стороне от направления главного удара. Противник был застигнут врасплох и разгромлен.

Наибольшее сопротивление мятежники оказывали юго-западнее города. Для ударов по выявленным объектам и целям привлекались авиация, боевые вертолеты и минометные батареи. В самом городе поиск схронов и прочесывание районов вероятного нахождения душманов вели афганские подразделения и оперативные группы СГИ (мангруппы ПВ в основном выступали в качестве заслонов на окраинах города).

Операция прошла успешно (завершилась в первых числах апреля). Было уничтожено около 300 мятежников, около 150 взято в плен (в том числе несколько главарей), изъято более 450 единиц различного оружия, 26 ДШК, несколько минометов, большое количество боеприпасов.

Погибли два пограничника, несколько человек были ранены, повреждено два вертолета (экипажи не пострадали).

В этой операции в городе эффективными были действия афганских оперативных групп СГИ, которые накануне сумели добыть достоверную информацию о многих местах нахождения и укрытия (схронах) мятежников. Операция по своему замыслу, составу привлекаемых сил и средств, характеру их действий заслуживает особого внимания. Во время этой операции большая группа мятежников была обнаружена непосредственно у границы (против участка Московского погранотряда) - в пойме Аму-Дарьи, на большом острове Даркад. Резервов поблизости не было и пришлось срочно перебрасывать в этот район несколько застав, авиацию и другие средства поддержки. Их действиями остров был очищен, мятежники рассеяны.

За участие в Ташкурганской операции личному составу воюющих подразделений ПВ была объявлена благодарность председателя КГБ СССР Чебрикова В.М.

Из воспоминаний генерал-лейтенанта Резниченко Николая Семеновича (в книге «По обе стороны границы (Афганистан: 1979—1989)».— М.: Граница, 1999. — 446 с. «ЖИВУ И ПОМНЮ», в 1983-85 гг. начальник ОГ «Ташкурган»):

На службу в Ташкурган я вернулся в январе 1985 года. Душманы активизировали боевые действия против пограничников, применяя все виды оружия. В этом пришлось убедиться уже на следующий день после прибытия в группу. В районе Калайи-Заль проводилась боевая операция. Моей оперативной группе была поставлена задача по блокированию южной части кишлака. В бой пришлось вступить сходу. В короткой, но ожесточенной схватке пограничники без потерь достигли цели. Группа возвратилась к месту своей дислокации. Но в этот же день бандиты блокировали шесть наших постов. На них обрушился смертоносный огненный ливень. В отличие от предыдущего, этот бой был продолжительным. С честью и достоинством вышли из него воины, отбив все атаки. В ночь минометная батарея израсходовала около шестисот 120-миллиметровых мин. Ранило офицера Юрия Архипова. Его необходимо было срочно эвакуировать в безопасное место. Осуществлял эвакуацию командир вертолета старший лейтенант А. Просвирнов. Ныне он — командир авиа эскадрильи, дислоцированной в Хороге. Эта операция лишь подтвердила тот факт, что душманы, действительно, активизировались, проявляя при этом неописуемую агрессию. Они грабили местное население в районе Ташкургана, похищали скот, но главное — обстреливали место дислокации группы. В связи с этим была дана команда — тщательно изучить обстановку, внести предложения по ее стабилизации. Вывод напрашивался один — провести операцию по ликвидации бандформирований. Накануне я неоднократно выезжал в Мазари-Шариф, где проходили совещания и вырабатывалось решение на проведение Ташкурганской операции. Последние сомнения развеялись как дым после того, как увидел опустевшие кишлаки. Уход местных жителей в глубь Афганистана свидетельствовал о неизбежности обстрела Термеза. Трем боевым группам, среди которых была моя - Ташкурганская, Мазари-Шарифская и Мардианская (ею тогда командовал нынешний заместитель начальника штаба Пограничной Группы ФПС России в Республике Таджикистан полковник А. Лобов), было приказано отыскать местных жителей по всей территории зеленой зоны и возвратить их в кишлаки. К моменту окончания этого мероприятия замысел Ташкурганской операции с небольшими поправками был утвержден. Он состоял в том, чтобы с позиции гарнизона нанести огневой удар по базе противника, вертолетами подавить его боевые средства, высадить десант и совместно с подошедшими наземными силами завершить уничтожение группировки душманов, базу ликвидировать. Проведение операции намечалось в двух районах. Десантникам поставили задачу занять непосредственно горные базы вокруг Ташкургана, а пехоте — обеспечить прикрытие десантно-штурмовой группы снизу. В операции задействовались: группа от мотострелкового полка 40-й армии, мотоманевренная группа Пянджского погранотряда, десантно-штурмовая маневренная группа Керкинского пограничного отряда, нештатная десантно-штурмовая застава (прим. в операции принимали участие несколько нештатных десантно-штурмовых групп, в частности от ММГ-2 Талукан и ММГ-2 Шибирган). Руководил операцией Шляхтин Владимир Иванович — начальник войск Среднеазиатского пограничного округа. Погода в горах меняется быстро, да еще весной (шел март 1985 года). От нас требовалось начать действия только при устойчивой погоде. И все же произошло это не совсем удачно: в тот день стоял туман до самой равнины. Авиация действовать не могла. Руководителем операции была поставлена задача: выставить блок-посты вокруг Ташкургана в тех местах, где возможен прорыв противника. Огромную помощь в ее выполнении мне оказывали: майор Сергей Гордеев, начальник инженерной службы оперативной группы в Душанбе, старший лейтенант Владимир Филин — комсомольский вожак оперативной группы. Дорогу, ведущую к одному из блок-постов, знали хорошо. Ранее по ней ездили наши бронетранспортеры. Взгромоздившись на броню, мы отправились в путь. С колеи никуда не сворачивали. Вроде бы ничего не предвещало беды. Но тишина в горах обманчива. Раздавшийся взрыв подтвердил это. Наша машина левым колесом нарвалась на мину. Пыль, дым, кровь... И водитель, и все, кто сидел на броне, получили ранения. Вновь госпиталь. Ташкурганская операция завершилась удачно, но уже без меня. В ходе боя захватили в плен одного главаря, большое количество минометов, пулеметов, реактивных снарядов, противотанковых и противопехотных мин иностранного производства и другого оружия. А самое главное — база противника прекратила свое существование.

Из воспоминаний участника Ташкурганской операции 1985 г. Анатолия Кобеца, связиста минометной батареи ММГ-2 Талукан (1983-85 гг.):

Я, Кобец Анатолий, постараюсь восстановить в памяти и рассказать вам о вылете талуканской НДШМГ в район г. Таш-Курган в 1985 г. В своем рассказе я опираюсь только на свои собственные воспоминания и глядя на происходящее глазами солдата.

Итак. Собрали ДШа в первых числах марта. Несколько дней мы ходили на «вертолетку» в ожидании «бортов». Было нас около сорока человек. Летели без минометов. Я отвечал за «связь». Моим помощником и вторым номером был парень со взвода связи, младшего призыва. К своему сожалению, я не помню его имени. Командиром ДШа был назначен капитан (не помню его ФИО), кажется он из 3 ПЗ, такой рослый и худощавый мужик.

8 или 9 марта нас сняли и перебросили в Пяндж, а оттуда самолетом в Термез. Там несколько дней жили на учебном пункте, рядом была мечеть – ходили туда.

И вот, несколькими «бортами» МИ-8 , при прикрытии нескольких МИ-24 мы летим. Высаживали нас на высоту около 2500 м двумя группами и в разные места. Я рассказываю о своей группе. Полевой штаб командования операцией находился в нашей группе. Командовал боевыми действиями, тогда полковник, Коробейников. И я был при нем. Высадили нас на абсолютно лысую гору с небольшой ложбинкой. С одной стороны – резкий обрыв и склон, а с другой, более пологой, вдалеке километра 1,5-2 были скалистые высокие горы и ущелье.

Высадились мы спокойно, «борты» полетали над нами и «пошли» на базу. И когда мы их уже не слышали, а только видели их маленькие точечки в небе, все и началось. Мы, не успевшие не только окопаться, но и распределиться, попали под артобстрел духов. Сразу никто не мог понять, откуда по нам бьют, и метались по горке мы как муравьи. Уже чуть позже мы поняли и увидели на фоне чистого неба поднимающийся дымок после выстрела. Лично я во время обстрела потерял «лопухи» на наушниках, и даже автомат. Потом конечно же все нашел. Было страшно, слыша нарастающее шуршание летящих мин и их разрывы, жужжание пуль ДШКа, и падая на землю казалось ты просто вдавливаешься в нее. Длилось это несколько минут. Поняли откуда бьют по нами и где они. Вернулись «борты», и начали «работать». А заходили на «боевой» прямо над нами, и опять мы под обстрелом. Звенья ленты от авиа пушки падали на нас, но все обошлось. При обстреле ранило бойца в ногу. Разогнали духов, и закончился обстрел. Приближался вечер. Стали распределять посты и личный состав. Окопались. Наступила ночь, а с ней опустился густой туман. Ходили почти на ощупь.

Первая ночь, как и все остальные, прошла спокойно. Обстреливали стабильно, то с одной стороны то с другой. Только после мы поняли куда попали. Высадили нас между двух духовских комитетов. Тогда я в первый раз увидел пещеры вырубленные в скалах. Да еще и колодец, в него собирали воду. Также вырыты были конюшни и склады с провизией. Прочесывая местность, мы уничтожали склады с водой и фуражом. Одну пещеру решили взорвать и обложили ее тротилом. Рвануло. Смотрим, а вход стал еще больше, на этом затею эту бросили. А в ущелье нас не пустили духи, они перекрестным огнем работали из ДШК. По счастливой случайности никто не пострадал, только и успели от туда ноги унести. Это потом обнаружили минометные расчеты, и пулеметные точки. Даже говорили, замаскированную площадку для посадки вертолета нашли.

Каждый день прилетали к нам «борты» привозили боеприпасы, воду, сухпай и свежие батареи на радио станции. С какой-то ММГ привезли ДШ с минометами, они хорошо отработали по округе. А вот в сторону крутого спуска мы не как не могли пойти там духи сидели конкретно. И вот туда решено было высадить московское ДШ. Картина такова. Мы на верху. У нас на валуне стоит АГС и огневые точки, мы смотрим вниз. А внизу с правой стороны заходят на посадку «борты» с ДШ. Выпрыгивают десантники из «бортов» и с криками – «Ура» бегут на верх, на нас. Они подумали, что мы и есть духи, а духи как раз были сзади них, и стреляли им в спины. Мы не чем помочь не могли, по рации они нас не слышали, не до этого им было. Помню, как полковник Коробейников связываясь с ними громко кричал в микрофон. Говорил им, что духи сзади. Вспоминая про бога, про черта, какую-то маму и еще много разных сплетений слов и брани. А они все продолжали обстреливать нашу позицию из гранатометов и автоматов. Надо отдать им должное – стреляли метко. Чуть не уничтожили наш АГС, и я отчетливо слышал, как со скрипом пули пробивают деревянные ящики из под мин, засыпанные землей. А мы только украдкой смотрели, как одного за другим затаскивают раненных бойцов обратно в «борт». Мой помощник в это время лежал на дне своего окопа, да впрочем как и все мы, и рядом с ним падает осколок гранаты. Повезло парню, остался цел. Потом он взял его себе на память. Не знаю, как это получилось и кого в этом винить, но высадка московского ДШ вот так и прошла. Духов сеже потом выбили. По убивали их прилично. Прочесывая то место, я понял, что если бы нас туда бросили, то… . Сделано было у них все основательно – пулеметные точки, ячейки снайперов. Их не один день бомбили пока не выбомбили. Помню, как потом мы ходили с нашими саперами и минировали мертвых духов, а земля была просто усеяна осколками.

А в один из дней опять прилетели к нам «борты». Был сильный порывистый ветер. «Борт» зашел на посадку с обрыва, а при взлете решил туда же улететь. Во время взлета при развороте «борт» наклонило. В чем причина не знаю, но прямо на моих глазах он «хвостом» и лопастями цепляет землю. Моментально отлетает «хвост» и отрываются лопасти. Борт падает кабиной вниз, и переднее колесо оказывается в кабине пилотов. Гул мотора стоял «страшный» то есть очень громкий. Как я успел упасть в окоп, не помню. Я от борта был метров в пятнадцати, и не знаю как все обошлось – бое комплект не сдетонировал. Летчики и мы все – целы. Уже потом с «борта» сняли все «ценное», а мы его в последний день подорвали. Летали с нами в ДШ и сарбозы. Я только по прошествии лет понял их миссию. Ими, наши отцы командиры, прикрывали нас.

Итог этой операции – уничтожено два комитета банд групп и говорили, что уничтожено около десяти тон боеприпасов.

Категория: История ММГ | Добавил: NIKS (16.04.2009)
Просмотров: 4381 | Комментарии: 1 | Теги: Ташкурганская операция
Всего комментариев: 1
0  
1 pdrozdov   (21.04.2012 12:50)
Подполковник Дроздов П.Г. Замполит 2 погз ММГ3. Самой тяжелой для меня была боевая операция в 1985 году под Таш-Курганом. Это была моя последняя операция, и я участвовал в ней в качестве советника. Новый начальник ММГ попросил слетать с вновь назначенными офицерами и помочь им. Наша десантно-штурмовая группа была высажена с вертолетов на командной высоте, расположен­ной над основной базой душманов. Последовал приказ: спуститься ниже по ущелью, занять эту базу и уничтожить все сооружения. По сведениям разведки после бомбовых ударов неприятель покинул свои позиции.

Оценив обстановку и складки местности, я сделал для себя вывод: уж очень подходящие условия для организации противником засады. Исходя из этого, посоветовал вновь назначенному начальнику ДШГ выслать головной и боковые дозоры. Надо отдать должное этому офице­ру, мои советы он принимал без гонора и пререканий. Мои опасения вскоре подтвердились. Уже через 1 час движения головной дозор был обстрелян, два сержанта ранены. Азатем душманы открыли минометный огонь. Пришлось взять командование на себя. Я вызвал вертолеты, и вскоре минометный огонь, после плотной работы пары наших «верту­шек», был подавлен. Но снайпер продолжал вести огонь. Нельзя было поднять головы. Головной дозор залег, отовсюду раздавались крики раненых. В этой ситуации пришлось открыть шквальный огонь из всех видов оружия, включая ДШГ, по секторам и местам возможного нахожде­ния снайпера. Под огневым прикрытием я переполз к раненым, вынес их по очереди с пристреленного места и отвел головной дозор к основной группе ДШГ.

Честно скажу, страшно не было, надо было действовать, а на миру - и смерть красна. Только в душе извинялся перед женой и дочкой. Мельком подумалось, что с ними будет, если меня убьют?
Старался действовать продуманно, выручал уже накопленный опыт. К тому же имел привычку всегда анализировать собственные и чужие действия в ходе проведенных боевых операций. Учился, в том числе, и на чужом опыте. К примеру, у каждого моего солдата в вещевом мешке всегда вместе с боеприпасами имелись, как минимум, по две дымовые гранаты. Вот и в данном случае, по моей команде бойцы голов­ного дозора поставили дымовую завесу, и мы без новых потерь благопо­лучно отошли на безопасный рубеж.

Вот таким эпизодом закончился для меня Афганистан. К слову сказать, за последнюю операцию командование не сказало мне даже «спасибо», а начальник Керкинского погранотряда подполковник Базалеев, прочитав мое представление к награждению, высказался так:" Да ты и так весь в наградах, какие тебе еще ордена?". Что на это было ответить, кроме как: «А я лично для себя ничего и не прошу. Что заслужил, то получил. Хорошо, что в живых остался». С этим и уехал я опять служить в Восточный пограничный округ.
28 марта 2009 через сайт «Одноклассники» меня разыскал быв­ший подчиненный Валерий Ларионов: "Да, капитан, прошло 24 года, примерно в это время, в марте, вокруг нас были горы, Мазари-Шериф, Таш-Курган и двое раненых, - Югов и Осыка. Это была моя первая боевая операция в горах. Ты - молодец, если б не дымовая шашка и твой боевой опыт, может, ребят и не вытащили бы. Мне потом этот опыт тоже приго­дился, подАндхоем, в 86-м.»

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Copyright ММГ-3 "Мардиан" © 2018
Хостинг от uCoz